Стенограмма совместного заседания Совета «Экономика и этика» при Святейшем Патриархе Московском и всея Руси, Центра социально-консервативной политики ВПП «ЕДИНАЯ РОССИЯ» и Клуба православных предпринимателей, посвященного теме: «Вера, труд и капитал. Базовые социально-консервативные ценности — основа новой промышленной и кадровой политики».

12 сентября 2011, Сергиевский зал Храма Христа Спасителя

А.И. Агеев: Добрый день, коллеги! Сегодня у нас уникальное событие –совместное заседание Совета «Экономика и этика» при Святейшем Патриархе Московском и всея Руси, Центра социально-консервативной политики партии «Единая Россия» и Клуба православных предпринимателей, посвященное теме «Вера, труд и капитал. Базовые социально-консервативные ценности – основа новой промышленной и кадровой политики». В повестке дня самые животрепещущие и стратегические вопросы. И позвольте для приветственного напутственного импульсного слова попросить выступить отца Всеволода.

Всеволод Чаплин: Спасибо большое, Александр Иванович! Я понимаю свою ответственность – всегда первый выступающий должен быть максимально краток, поскольку если первый выступающий говорит долго, то долго будут говорить и другие, поэтому сдерживайте, пожалуйста, все попытки с моей стороны сделать слишком импульсивное и слишком концептуальное выступление, к которому, собственно, я и не готовился, а хотел сказать лишь две вещи.

Страна входит в предвыборный период, в период, когда очевидно многие вопросы о недавнем прошлом, о настоящем и о будущем должны быть заданы, подняты и я убежден, что в России настает время эти вопросы поднимать, в том числе и вопросы переоценки тех процессов, которые происходили последние 20 лет, серьезные размышления, какое именно общество и государственный строй… Этот процесс неотделим от размышлений об экономике и, в частности, о взаимовлиянии экономики и нравственного чувства, которое заложено Богом в душу человека, и которое развивается традиционными религиозными общениями. Очевидно, что для России всегда было невозможно уйти от рассмотрения вопроса относительно того, какое именно общество созидается в стране, и как это общество позиционирует себя в мире. Все разговоры о том, что в России должно быть достаточное обеспечение частных экономических интересов, интересов, связанных с благосостоянием отдельной семьи, отдельного предприятия, отдельного человека, это разговоры далекие от жизни и от реальности. Наш народ и наше общество никогда не могли жить только узко ограниченными интересами кошелька и брюха. Размышления об историческом пути России, о том образе будущего, которое мы строим, невозможно отделить от рассуждений о конечном смысле человека, об особом месте России в мировой истории, о ее миссии по отношению к собственному народу, по отношению ко всему миру и в том числе о том, как страна позиционирует себя в условиях попыток разрешить глобальный экономический кризис и глобальный нравственный кризис, с которыми мы сегодня сталкиваемся. Вот поэтому я надеюсь, что новый политический сезон не будет сопровождаться попытками замолчать нерешенный вопрос в области поиска общенациональной идеи и общенациональной миссии в области поиска ответа на те глобальные кризисы, которые встают перед человечеством. Если говорить о внутреннем самоощущении людей, мне думается, очень и очень важно вернуться к идее солидарности.

Эту идею в 1990-е годы пытались опорочить и отвергнуть, связывая ее с коммунистическим прошлым, с искажениями советского периода, в то же самое время мы прекрасно знаем, что эта идея незаконно была узурпирована представителями радикальной левой общественной мысли, эта идея гораздо более глубокая, это христианская идея и не случайно в мировой политической практике именно силы, ассоциирующие себя с христианской демократией и с консервативным направлением общественной мысли, поднимают на щит идею солидарности. Мне думается, сегодня в России очень и очень важна эта идея, и в том числе она важна для того, чтобы восстановить связь между различными слоями участников экономических процессов и в целом общественных процессов. Солидарность нам сегодня нужна на самых разных этажах общественной жизни, и это должна быть солидарность между народом и властью, между профсоюзами и работодателями, между простыми людьми и людьми, занимающими руководящие должности. Солидарность ради блага людей, блага не только материального, но и духовного, я думаю, это идея, которая сегодня может очень многих объединить, и которую нужно задекларировать на уровне высшей государственной политики и на уровне действий участников экономических процессов. У нас слишком много, опасно много, антагонизма между народом и властью, между бизнесом и остальным обществом, между богатыми и бедными, между интеллигенцией, привыкшей всё критиковать и людьми, которые предпочитают участвовать в созидательных делах обществах и государства и того же бизнеса, вот этот антагонизм нужно снимать через примеры солидарности, а не через яркие призывы к солидарности. Мы должны понимать, что мы сыны и дочери одного народа, одной страны и именно поэтому власть и народ должны не конкурировать по внешним и чуждым для России сценариям, а взаимодействовать и это взаимодействие должно быть объявлено естественным, как оно всегда было естественно в России. Бизнес и работники, богатые и бедные должны не конкурировать и не воевать друг с другом, опять же руководствуясь внешними и чуждыми для России сценариями, а должны помогать друг другу и проявлять солидарность. Я убежден, что такая солидарность разных социальных слоев и разных участников экономического и общественного процесса, разных религиозных общин, верующих и неверующих, людей разных национальностей сегодня может быть одной из основ общенационального единства, национальной идеи и национальной миссии.

В области взаимовлияния России и внешнего мира я убежден, что нам есть, что сказать. Очевидно, что одна из причин экономического кризиса глобального – это кризис нравственности, это разрыв между плодами человеческого труда и теми материальными ценностями, которые, также являясь или плодами труда или тем, что дано нам Богом, то есть природными ресурсами, являются основой любой настоящей экономики. Нам довольно часто говорят, в том числе наши политические общественные деятели и некоторые представители большого бизнеса, что России нужно в период экономического кризиса максимально внимательно слушать экономических гуру западного мира и делать все, что они велят и поступать по их сценариям, я думаю, что на самом деле у России есть в этих условиях гораздо более серьезная активная роль, и мне думается, мы можем предлагать свои рецепты реформирования банковской сферы, глобальной экономики и глобальной политической системы и наши рецепты реформ могут быть основаны на тех нравственных идеалах, которые заложены в основу нашей тысячелетней цивилизации. Как восстановить на уровне мировой экономики взаимосвязь между плодами человеческого труда и денежными средствами, между экономикой товаров и услуг и сферой финансов? И какие для этого новые законы и новые правила нужно было бы ввести? Как избежать проявления пузырей виртуальной экономики, которые сегодня угрожают не только экономической сфере отдельных стран и всего мира, но и глобальной политической и военно-политической и геополитической стабильности?

На эти вопросы Россия, наша цивилизация, я думаю, вполне может ответить, и мы может быть, должны быть, обязаны быть гораздо более активны в предложении собственных рецептов устройства мировой экономики и мировой политической системы, чем сейчас и не нужно бояться быть активными и не нужно бояться предлагать свои методы решения мировых проблем, не нужно бояться отстаивать эти методы и эти рецепты в самой серьезной политической дискуссии и я считаю, что у нас для этого есть мозги, есть опыт, и есть идеалы, может быть, не хватает воли, но кто будет волю проявлять, тот и будет определять мировые и общественные экономические процессы, которые не могут не измениться, как мы с вами прекрасно знаем. Как именно они изменятся, должно зависеть, в том числе и от нас, и не в последнюю очередь от нас, наша роль в этих процессах должна быть не ролью пассивного участника и тем более, не ролью объекта, а ролью одного из центров, может быть самого сильного в нравственном смысле центра принятия решения, центра мысли, центра предложений. Вот, пожалуй, всё, что хотелось бы сказать. Спасибо тем, кто пришел и желаю успеха в нашей дискуссии. Спасибо.

А.И. Агеев: Спасибо, отец Всеволод! Я не представляю все должности, занимаемые докладчиками, потому что у нас достаточно здесь узкий состав, все друг друга знают, единственное, когда будут выступающие со всех азимутов круглого стола, то просьба представляться просто для записи, поскольку потом мы ее будем тщательно прорабатывать. Сейчас слово Юрию Евгеньевичу Шувалову. Пожалуйста, Юрий Евгеньевич!

Ю.Е. Шувалов: Спасибо большое! Я хочу в первую очередь поделиться своим ощущением от сегодняшних событий. Действительно мы встречаемся не первый раз в таком составе, но здесь не просто собрались единомышленники, здесь собрались сегодня все общественные силы, которые способны заявить действительно о новом этапе общественного развития России, и не случайно мы собираемся в этом центре, духовном центре России, это для меня лично очень знаковое событие и невольно встает параллель – пять лет назад нынешний патриарх благословил идею социального консервативного развития страны, которую мы заявили с Андреем Константиновичем в Центре социальной консервативной политики и сегодня мне сказали, что наше мероприятие тоже благословлено патриархом Кириллом. Для нас, безусловно, это не случайно, мы долго готовились, собирали силы и сегодня присутствие лидеров профсоюзного движения и присутствие общественных структур и духовенства говорит о том, что действительно в России созревает потенциал для заявления такого движения, которое может обеспечить переход к новому качеству и к реальным результатам развития. Мы говорим, в первую очередь, о консервативном, широком консервативном движении, безусловно, многое сделано в рамках политической работы и в первую очередь «Единой России», …мы говорим не просто о решении вопросов выборов сегодняшних, мы говорим о таком качестве работы, которая задаст определенный вектор и убежденность тем представителям нашей страны, которые будут работать в парламенте, убежденность в том, что у России не просто есть будущее, а у России великое будущее… Я думаю, что этот переходный период заканчивается и основы дальнейшего развития в пробуждении православного сознания, которое, безусловно, является не просто характеристикой веры человека, православной веры, я думаю, что православное сознание распространяется на людей, исповедующих разную веру, потому что оно, православие, является объединяющим и формирующим нашу культуру, нашу идентичность. Мы об этом должны смело говорить и двигаться вперед.

Я знаю, Андрей Константинович не во всем согласен со мной, но сегодня мы встречаемся не в рамках политической дискуссии, мы встречаемся в рамках стратегического планирования, в рамках обсуждения возможностей монополизации, духовной монополизации нашего общества и я думаю, что для этого есть все предпосылки, но во многом ситуация будет зависеть от того, какой проект за консервативное большинство. Мы должны говорить о том, что если нам навяжут такой проект меньшинство, которое уже не раз под прикрытием большинства реализовывает свои идеи – этому должен придти конец. Сегодняшнее информационное общество и сегодняшний научно-технический прогресс, к сожалению, создают условия для того, чтобы меньшинство могло управлять, несмотря на позицию большинства, поэтому этой ситуации надо противопоставлять системную работу и об этой работе, я думаю, мы можем уже говорить на основании тех брошюр, которые здесь представлены. …Мы действительно многие вещи уже доработали, это и экономическая программа, программа деловой этики, это сохранение экосистемы, это вопросы устойчивого развития страны, это вопросы миграционной политики и ее регулирования, все это, безусловно, будет обсуждаться на этой неделе, и я думаю, создание 17-го числа Союза молодых консерваторов и Социально-консервативный союза положит основу для формирования единомышленников, которые будут ядром консервативной идеи, которая именно предполагает будущее великой страны. Будущее именно потому, что мы способны заявить глобальные проекты в условиях глобального кризиса, которые дают России преимущества и дают России перспективы. Это в первую очередь проект энергобезопасности, который уже реализуется Владимиром Владимировичем Путиным, это проект продовольственной безопасности, который подготовлен пока в электронном решении. …До сих пор остается открытым, но принципиально важный вопрос – это духовный подъем, духовное единство и готовность делиться и есть позиция государства, государственная позиция. Спасибо большое!

А.К. Исаев: Спасибо. Я хотел бы начать с того, что Юрий Евгеньевич сказал о том, что у нас есть разногласия, но я хотел бы согласиться с ним в важном вопросе, в важных словах, которые он сказал, о необходимости духовной мобилизации. В последнее время мы много обсуждаем военную терминологию, фронт, мобилизацию – эти термины звучат, они вызывают всеобщую критику, раздражение со стороны наших оппонентов, но, тем не менее, мне кажется, что звучание этих терминов сегодня оправданно. Сегодня как никогда мы видим реальное столкновение между двумя Россиями – Россией консервативного большинства и Россией либерального меньшинства, в котором, как это ни парадоксально, находятся не только классические либералы, но и наши оппоненты слева – социалисты и коммунисты. В чем смысл этого происходящего столкновения этих «Россий»? Мы очевидно видим, что страна переживает кризис роста, этот кризис связан с тем, что мы только что вышли из определенной эпохи, мы вышли из того периода, когда сама по себе стабильность являлась волшебным словом, когда сохранение суверенитета являлось волшебным словом, когда выполнение государственных обязательств являлось волшебным словом. С этого момента, с момента, когда Путин пришел к власти, когда был остановлен распад России, и началось ее восстановление, воссоздание слова, которые звучали волшебным паролем десять лет назад, сегодня не звучат волшебным паролем. Для больного человека главная ценность – здоровье, мы вылечили этого человека, и здоровье потеряло для него всякую ценность. Ну оно как бы существует, оно существует фоном, в том числе и некоторых вещей, которые это здоровье потом будут расшатывать, потому что оно достигнуто. Наше общество в России перестало умирать, как умирало в конце 1990-х – начале 2000-х годов, а это значит, что сейчас сам по себе отказ от умирания уже перестал быть ценностью. И вот сегодня страна стоит на определенном распутье, на том – куда пойти, по тому пути, который предлагает консервативное большинство или по тому пути, по которому предлагает яркое и подчас балаганное либеральное меньшинство нашего общества? Как это ни парадоксально, у либерального меньшинства нет реальной и позитивной программы, дело в том, что его реальная позитивная программа – это Запад. Запад. Повторение того, что существует там.

Для социалистов – это возрождение социал-демократического Запада, для либералов это возрождение либерально-консервативного, консервативного условно, скажем так, Запада, но мы видим, что сегодня это не может быть привлекательным, потому что для каждого и непредвзятого наблюдателя видно – западная цивилизация сыпется прямо на глазах, как она не в состоянии держать удары, когда она не в состоянии справиться ни с объемом социальных обязательств, которые они взяли, ни с нормальным выстраиванием взаимоотношений между трудом и капиталом, которыми они хвастались на протяжении стольких лет, ни межнациональной толерантностью, это рассыпается на глазах. Значит, единственное средство, которое может обеспечить победу либерального меньшинства, является нигилизмом. Да, Запад сыпется, да, его нельзя представлять в качестве рая на земле, но зато у нас есть возможность расшатывать то, что существует здесь. Расшатывать государство и веру в него. Государство всегда было врагом российского общества. Расшатывать взаимоотношения между властью и интеллигенцией. Только в нашей стране «образованщина» называет себя этим высоким словом, «интеллигенция». И больше нигде этого не существует. Расшатываются нормальные человеческие взаимоотношения. Вот мне пришлось участвовать вчера в записи программы, до сих пор нахожусь под сильным впечатлением. Буквально четыре эпизода. В первом эпизоде 74-летняя мать подарила своему сыну и своей дочери квартиру и дачу, после чего была избита и выкинута из помещения, спала в подъезде, а когда попыталась войти назад в квартиру, где она прописана, сын поместил ее в психиатрическую больницу, видимо как бы заплатив врачам, поскольку госпитализация была абсолютно незаконной. И в этой же передаче другая история – достаточно богатый бизнесмен женился на девушке, она родила от него ребенка и поскольку по закону муж не может, отец не может выписать совершеннолетнего ребенка из квартиры, он передаривает эту квартиру матери, и бабушка выписывает своего внука из квартиры, закон такого интересного выхода из ситуации не предусмотрел… И из такого состоит гигантское количество эпизодов, которые показывают степень дикости, в котором находится общество. Все связано с квартирами, как мерилом благополучия, мерилом собственности, мерилом обеспеченности современного человека. На них делают ставки либеральные политики…

И на простой вопрос: «А как государство, каким законом или судебным постановлением заставит сына быть сыном и нормально относиться к матери?», они просто не понимают, о чем идет речь, о чем идет разговор. А вторая ставка, которая делается, это ставка на интеллигенцию, на ее вечную ненависть к государству и к власти. Только в России это культивировалось и продолжает культивироваться все последние годы. Я, когда мне приходилось писать статьи, отмечал, что меньшинство хочет отбросить нас в 1990-е годы прошлого века, но я, наверное, ошибался. Реально они понимают, что вряд ли им это удастся… Речь идет о формировании культуры второй половины XIX века, когда если вы поддерживаете государство, если вы здороваетесь за руку, скажем, с полицейским или с жандармом, вы изгой общества. Эта культура формировалась и насаждалась, эта культура заведомой катастрофы, предполагаемой катастрофы, целенаправленной катастрофы, которая сегодня заносится в умы общества, в наше сознание. Понятно, что на предстоящих выборах декабря и марта ситуация не закончится, их задача – сделать эти выборы нелегитимными в глазах хотя бы значительной и существенной части общества для того, чтобы дальше начать отталкиваться и творить ту работу, которую они уже творили в нашей стране в XIX и в начале XX веков. Они будут повторять эти события, они будут повторять эти варианты, ибо дьявол слишком искусен в выборе средств и деятельности для своих решений. Ну и, конечно же, в отношениях между трудом и капиталом нам будет предложено нарочитое возвращение в тот же самый XIX век. Почитайте их предложения – от предпринимательства как современного вида деятельности нам предлагают вернуться к советскому карикатурному образу капитализма, когда единственным способом обогащения является выжимание всех соков из наемного работника, когда это выжимание соков становится хорошим стилем, хорошим образом жизни, хорошим образом устройства. Мне кажется, что мы находимся уже реально в состоянии холодной войны между теми, кто хочет сохранить Россию, пусть допуская ошибки, и теми, кто хочет ее разрушить, потому что она стала для них ненужной, мешающей им соединиться с европейской цивилизацией. А эта война тяжела и придется делать выбор. Я могу сказать, высказать, возможно, самую резкую точку зрения, но выскажу ее как мирянин, принадлежащий к русской православной церкви.

Все последние годы церковь строила свои взаимоотношения с политическими партиями по принципу – все флаги идут в гости к нам, все политические партии хороши, во всех есть христиане, со всеми надо взаимодействовать, всё замечательно и все прекрасно. Наверное, на определенном этапе, когда церковь должна была сама сохраниться, не допустить расколов, в том числе, и в собственной среде, когда не хватало только политических споров внутри церкви, такая позиция была абсолютно оправданна, но чем дальше, тем меньше она становится оправданна, тем больше она становится странной. Ведь во время Гражданской войны церковь сделала свой выбор – она поддержала белое движение, пусть ошиблась и заплатила за это, но она заплатила за это физически и заплатила нравственно. Во время Великой Отечественной войны она не стала говорить, что со стороны Сталина и со стороны Власова были христиане, она поддержала Сталина, она поддержала советское государство. Это был однозначный выбор, потому что во время войны, когда речь идет о спасении и сохранении государства, толерантность становится излишней. Поэтому мне кажется, я не против того, чтобы церковь принимала решение поддержки тех или иных политических сил официально, синодом или как-нибудь по-другому, но я считаю, что русская православная церковь имела достаточное количество времени для того, чтобы определиться – есть политические силы, которые хотят одного, а есть политические силы, которые хотят другого, с какими силами понимание и оценка нынешней жизни церкви. Я думаю, что этот выбор, рано или поздно надо будет сделать. Спасибо.

А.И. Агеев: Спасибо, Андрей Константинович. Михаил Юрьевич Шмаков, пожалуйста!

М.Ю. Шмаков: Добрый день, уважаемые коллеги! Я бы хотел продолжить то, о чем сказал Андрей Константинович и не со всем с ним согласиться. Дело в том, что конечно во всех политических партиях и в разных объединениях общественных, которые есть у нас в нашем государстве, в России есть христиане. Есть православные христиане, не просто христиане, а православные христиане и церковь, на мой взгляд, должна свою основную задачу выполнить, а именно нести христианские ценности каждому христианину и, так сказать, обращать каждого христианина к этим ценностям. И в этом смысле мы тогда получим более, ну не толерантное, но более согласное и солидарное общество, о котором говорил отец Всеволод, как модель ту, в которой есть различные политические взгляды, и есть различные идеи по поводу дальнейшего развития государства, но, тем не менее, основанные на православных ценностях, на христианских ценностях. Поэтому, наверное, не пришел еще тот момент, а может быть и дай бог, чтобы он не пришел, чтобы церковь как общественный институт, как общественная структура принимала однозначные решения, что с красными она или с белыми. Не хотелось бы допускать, чтобы снова страна разделилась на красных и белых с такой степенью ожесточенности, которую мы наблюдали в своей истории за последнее столетие. Но все-таки тема нашей сегодняшней встречи – это вера, труд и капитал и здесь собрались представители и профсоюзов и социально-консервативного движения и клуба православных предпринимателей. Мне хотелось бы вам напомнить то, что было послание, которое нам прислал один из иерархов русской православной церкви архиепископ ставропольский и владикавказский в связи с 20-летием федерации независимых профсоюзов России, когда он прислал нам свое послание с поздравлениями, он указал, и напомнил нам слова священного писания, которые говорят о том – не обижай наемника, в тот же день отдай плату его, чтобы он не взошел… не возопил на тебя Господу, и не было на тебе греха. И также горе тому, кто заставляет ближнего своего работать даром и не отдает ему платы его. И то, что сказал Андрей Константинович, что сейчас есть разделение, я бы даже только сказал на ультра-либералов и на таких социально-консервативно ориентированных граждан нашей страны, при этом слово «консерватизм» мы понимаем не так, как его пытаются иногда представить в средствах массовой информации, что консерваторы – это ретрограды, что это движение назад, никакого движения вперед, а вот мы хотим развиваться и поэтому давайте идти вперед за либеральными ценностями, больше свобод во всем и всегда.

И действительно на этом пути все то, что мы реально наблюдаем, за этим стоит фактически призыв к развалу государства, в котором мы живем, к развалу России, которая только-только начала вновь как бы себя самоидентифицировать и снова позиционировать себя как достаточно серьезную страну и «важного игрока», извините за это слово, я беру это слово в кавычки, за важного игрока на мировой арене. Да, совершенно в другой ипостаси, чем это было Российская империя на рубеже XIX и XX веков. Да, в другой ипостаси, чем это был Советский Союз в течение XX века, но и сегодня после того безвременья, которое у нас было на протяжении первых 20-и… первых десяти лет 90-х годов прошлого века, когда фактически не просто разваливался, не просто развалился Советский Союз, но и Россия шла примерно по тому же сценарию для того, чтобы быть разрубленной на несколько государств. И после этого начался период определенного возрождения и укрепления государства. И в этом смысле сегодня под видом либеральных ценностей идет атака и на государство и на те отношения, которые традиционно были и в России царской и в России советской и в России той, которую мы хотим видеть здесь, сегодня и в нашей жизни. Уже говорилось, что, например, один из богатейших людей Прохоров, предлагающий некоторые одиозные изменения действующего трудового законодательства, фактически возвращает нас даже не к феодализму, а, я бы даже сказал, к попытке под красивыми словами и лозунгами возвратить нас к рабовладельческому строю, когда говорится о том, что люди, россияне ленивы, что они не умеют работать, что работать надо не восемь часов в день, а 12, ну и желательно за еще меньшую плату, чем сегодня. При этом, безусловно, доходы предпринимателей, доходы хозяев, доходы собственников, они растут за счет того, что цена на труд не просто не растет, а она будет должна понижаться в соответствии с этими идеями. Я думаю, что на сегодняшний день такой путь неприемлем, потому что вся история России, все то законодательство, которое родилось за 20 лет последних, новое законодательство, в частности трудовой кодекс, который на сегодняшний день действует, он адекватен тем целям, которые в принципе провозглашаются всеми, эти цели – развитие нашего государства. Тем не менее, основа того, что защищенность наемного работника по сравнению с работодателем, его защищенность социальная в смысле определенной гарантии на труд, определенной гарантии на оплату этого труда, это подвергается сомнению. Да, давайте введем гибкие формы труда сегодня.

То есть из последней дискуссии, которую вели публично на телеэкране мы с Прохоровым, следует, что бизнес сегодня в лице этого проповедника Прохорова хотел бы иметь свободу увольнения каждого человека без выходного пособия в любой момент по своему желанию под видом того, что ситуация на рынках непредсказуема и поэтому бизнесу для того, чтобы выжить, надо иметь возможность в любой момент уволить лишний персонал, как они считают лишний, а после этого, если конъюнктура пойдет вверх, потом кого-то взять снова на эту работу. Но ведь это просто абсурд! Это с точки зрения предпринимателя для повышения доходности его бизнеса, наверное, это рационально, а с точки зрения наемного работника, каждый человек тоже должен иметь гарантии, что у него есть место работы, он имеет заработную плату, которую должны выплачивать регулярно и без задержек и более того, что если по каким-то причинам бизнес сворачивается, то он должен иметь гарантии по выходному пособию для того, чтобы используя эти средства, за это время подобрать себе какую-то другую работу. И с точки зрения работника это совершенно оправданно и это поддерживается государством, которое естественно, подвергается критике со стороны работодателей и крупных работодателей, что государство мол, слишком сильно поддерживает работника и не поддерживает собственников и предпринимателей. Поэтому и существуют все возникающие сегодня и противоречия и стенания о том, что слишком большие налоги, о том, что слишком большие требования государства по взносу в социальные фонды для того, чтобы была пенсия, для того, чтобы была оплата больничных листов, для того, чтобы была медицинская страховка и так далее и так далее. То есть бизнес с одной стороны не хочет по высказываниям, я еще раз говорю, по высказываниям тех представителей бизнеса, которые доносят эти идеи, как обсуждаемые в Российском союзе промышленников и предпринимателей, в других предпринимательских сообществах о том, что бизнес не хочет платить, или хочет платить государству как можно меньше через налогообложение, но при этом на государство переложить всю заботу по социальным гарантиям для граждан страны и для своих собственных работников.

Вот в эти дни отмечается 100-летие со дня смерти Столыпина, и сегодня с утра было большое заседание, посвященное этому, и там говорилось о том, что реформы Столыпина в начале XX века были основаны на том, что Столыпин, коротко говоря, ограничивал притязания собственников, работодателей, бизнесменов, если говорить современным языком, и говорил о том, что необходимо поднимать человеческий капитал, то есть давать достойные доходы крестьянам, ну тогда крестьянство составляло большинство, 75 процентов работников, занятых в экономике России, и необходимо дать им возможность защитить их социальные интересы. Именно после этого на основе этих реформ и было принято решение, до которого он уже не дожил – об обязательном пенсионном страховании рабочих предпринимателями, работодателями, об обязательном социальном страховании работников, то есть, чтобы были выплаты по больничным листам, то есть компенсация потерянного заработка и это существовало до 2001 года, когда новое российское государство под влиянием тех же самых ультралиберальных идей от этого отказалось и, как вы помните, был введен единый социальный налог, который полностью разрушил вот эту систему социальной защиты, просуществовавшую почти 100 лет в России и вот сейчас только под давлением, прежде всего профсоюзов вновь обращаемся к страховым схемам, но за эти страховые схемы работодатели сегодня не хотят платить. Они нашли свои выходы, они, так сказать, надавили на нашего президента, который волюнтаристски сказал, что рассчитано было, что эти взносы должны составлять 34 процента, волюнтаристски было принято решение – нет, я президент, снижу до 30-и. Снизили, но только не объяснили никому из работников и обществу в целом, что дальше это приведет к тому, что за кого платят 30 процентов, значит уровень пенсий у всех будет ниже, но те, за кого будут платить 25 или 26 процентов, у них пенсия будет соответственно ниже, чем пенсия у того гражданина, за которого платят взносы 30 процентов. Кроме этого, никакие общечеловеческие, как принято говорить, ценности уже будут мало достижимы для нашей страны, я имею в виду то, что пенсия должна замещать не менее сорока процентов утраченного заработка, и это нормальная постановка вопроса, но, после последних принятых решений это становится проблематичным… Короче говоря, бизнес не хочет нести или платить по своим рискам, которые имеет каждый бизнесмен. Вот теоретически у человека есть какие-то деньги, средства, он хочет завести свой бизнес на заемные средства или там на свои собственные, полученные, предположим, легальным путем, но дальше он должен понимать, что он имеет риск. Точно так же, как и наемный работник имеет риск встречи с недобросовестным работодателем. Работодатель должен нести те риски, которые ему предлагают, или которые получаются в результате конъюнктуры рынка, но, тем не менее, он принял людей на работу и заключил с ним трудовой договор. И дальше мы возвращаемся к тому, о чем я сказал, вне зависимости от тех рисков, которые несет работодатель или предприниматель, в этом периоде времени он получил прибыль, или он получил убыток, он должен расплатиться со своими работниками, поскольку они свою часть деятельности сделали, и они принесли ему прибавочный продукт и работа при получении или при создании этого прибавочного продукта должна быть оплачена. А вот будет он продан или нет, это риск предпринимателя. И возвращаясь к теме нашего заседания, я все-таки хочу сказать: вот вера труд и капитал, православные работодатели или православные бизнесмены, я думаю, что должны поддерживать именно христианское толкование своей ответственности перед своими наемниками, перед своими наемными работниками, что есть ценности христианские, эти христианские ценности во многом воплощены в действующее сегодня трудовое законодательство, я не буду брать другие аспекты законодательства, которые действуют в нашей стране, эти христианские ценности во многом в трудовом законодательстве присутствуют, так наравне со здравым смыслом и с той историей развитие нашей страны, нашего общества, которую мы все пришли. И эти ценности надо защищать и поддерживать, а действительно солидарное общество будет тогда, когда, как говорится в одной шутке, каждый будет нести свой чемодан, каждый будет понимать, ясно себе представлять свои риски и не будет наживать свой капитал на горестях других.

А.И. Агеев: Спасибо, Михаил Юрьевич. Отец Всеволод имеет сказать нечто важное.

Всеволод Чаплин: Для меня особая честь и радость – огласить сегодня грамоту святейшего патриарха московского и всея Руси Кирилла.

Во внимание к активному взаимодействию с церковью в области общественного служения Председатель Федерации независимых профсоюзов России Михаил Викторович Шмаков награждается орденом русской православной церкви преподобного Сергия Радонежского. (Аплодисменты).

М.Ю. Шмаков: Спасибо, я благодарю. (Аплодисменты). Благодарю. Я, честно говоря, не рассчитывал, не для этого я выступал.

Всеволод Чаплин: Награда некоторое время искала героя, но вот видите, было не очень просто встретиться. Я рад сегодня эту награду вручить.

М.Ю. Шмаков: Спасибо.

А.И. Агеев: Спасибо. Коллеги, продолжим. Порядок такой – кто желает высказаться, просьба – как-то об этом дать знать. Мы планируем работать примерно до пяти часов, прежде чем перейдем к неформальной части нашей даже не дискуссии, а своего рода беседы и беседы стратегической и важной. И позвольте мне также сообщить очень важную новость и дать краткий комментарий о работе, которая велась большой группой экспертов, предпринимателей под эгидой Клуба православных предпринимателей над стратегией преображения России. Этот доклад у вас всех есть. Сегодня в Свято-Даниловом монастыре после службы, посвященной дню памяти святого благоверного князя Даниила, четвертого сына Александра Невского, кстати говоря, и сегодня в день памяти Александра Невского, в день памяти Александра Свирского, то есть исключительно в насыщенный и знаковый день, сегодня первый экземпляр этого доклада был вручен Его Святейшеству, после чего было получено много благословенных и благословляющих слов в адрес коллектива разработчиков и очень важные пожелания. Мы их чуть позже опубликуем, я хочу сказать о двух из них, о триаде экономического развития сбережения народа и сохранения культурно-религиозной идентичности, об этом много сказано и в самой брошюре. Во-первых – об исключительной важности накапливания этих знаний, то есть одной этой брошюрой не исчерпывается весь труд, который был проделан по благословению Его Святейшества с декабря 2009 года о национальной стратегии. Это тысячи и тысячи страниц, доклад – это лишь малая часть этого айсберга, и эту работу продолжаем и после сегодняшнего благословения будем продолжать еще активнее. Во-вторых, о важности распространения этого подхода, о которой идет сегодня речь во всех возможных средах. Как было замечено, один какой-то возглас Аллы Пугачевой доносится через все средства массовой информации, а колоссальные, фундаментальные пласты знаний, стратегически важных для страны, совершенно имеют иной приоритет для распространения, поэтому это фактически напутственное слово Его Святейшества эти знания распространять, беседовать, дебатировать и смело идти вперед, реализуя ту самую идею, которую сказал Андрей Константинович, духовной мобилизации. Идея исключительно важная. Напомню, что она звучала не так часто в последнее даже десятилетие, мы прекрасно помним эти эпизоды, когда нация призывалась к духовной мобилизации.

Мы прекрасно помним, чьи имена в связи с этим вспоминались, и Александра Суворова и Кутузова и Невского, чтобы они осеняли и в дальнейшем, но духовная мобилизация организма, в котором есть настроение, настроение физическое и прежде всего духовное, она может быть опасна. Ведь могут быть очень активными, суперактивными и бесы. Более того, они могут по своей активности и агрессии опережать и любые другие духовные энергии. Поэтому если сразу на этом уровне не определиться, собственно говоря, а в чем этот камертон, в чем камертон этой духовной мобилизации, то могут быть очень сложные последствия. Недавно был показан фильм для достаточно неширокой аудитории по ранней повести Сергея Есенина «Яр». Это судьба наших жителей, живущих где-то в районе болота, в общем, их страшно непотребная жизнь. Это были ранние поиски Сергея Есенина. И вот их борьба за веру, за поиск этой веры, поиск правильного пути, все это показано достаточно жестко в фильме. И на прошедшем после фильма обсуждении, одном из немногих обсуждений, которое идет без истерики, без крика, как это свойственно многим нашим каналам, на канале «Культура» это происходило, с участием представителей русской православной церкви, представителей московской духовной академии, в ходе дальнейшего этого анализа наш известный критик Лев Анненский высказал крайне важную мысль для нашего понимания, опустил нас на землю: «Любим, кого придется, если не любим, то и так сойдет. Придется убить, значит убьем. А кто-то зайдет к нам с проповедью, того тоже схарчим». То есть на самом деле состояние вот этой нашей глубочайшей народной жизни, в полном смысле слова народной, уже примеры приводились тех несчастных отцов, детей и так далее, жизнь кишит этими примерами. То есть, та самая подпочва, на которой мы собираемся проводить эту мобилизацию, она крайне опасна и Гражданская война была отнюдь не между только красными и белыми, это была война между красными, белыми, зелеными, между одной волостью с другим уездом, между, внутри белого движения масса всевозможных была разногласий. То есть это была Россия, кровью умытая, Россия, в которой всколыхнулись самые многочисленные грехи, амбиции, подходы, десять миллионов людей, вооруженных винтовками. И отнюдь не сразу они настроились на те слова, которые были им понятны и близки. Экспроприацию и сейчас с трудом выговариваем, а тогда научились это всё говорить, благодаря приказу номер один и приказу номер два и так далее и так далее.

То есть вот Россия, которая получила вольницу без камертона, вольницу на основе предательства, на основе фактически казни помазанника божьего, это страшная сила. Поэтому вот это осуждение фильма яр и обсуждение основ нашей духовной реальной ситуации, оно крайне важно, потому как важно не навредить. И когда шла работа над этим докладом, я напомню, это уже вторая версия, которая прошла обсуждение, встретила много замечаний, в том числе жестких, критических, все они были учтены, отец Всеволод нас тоже курировал, чтобы мы не сбились на не тот камертон и, в конечном счете, как мне кажется, удалось выйти на с одной стороны достаточно тонкий и правдивый реализм, а с другой стороны – сохранить и усилить жизнерадостность, потому что если только мы впадем вот в это непрерывное перечисление бед и недостатков, то чем мы будем отличаться от других, зависящих от разных волков серых, то есть от разных грехов? Уныние один из смертных грехов. И вот в этих обсуждениях пришли к тому, что и система ценностей, которая активно тоже дебатировалась, в том числе и с центром социальной консервативной политики в различных дискуссиях, аудиториях, для соборности и о солидарности и вера, родина, свобода, вера, труд, капитал и так далее. И кратко эта идея была выражена в стилистике вполне инновационной, то есть нам нужна такая культура и труда и бизнеса, которая была бы творческой, а что, если высшее выражение творчества не инновация. Вообще само слово «инновация» довольно коварное, а это есть преображение. То есть лишь та инновация для нас камертонна, которая реализует, проявляет некие базовые нравственные идеалы. И жить по совести давно сказано, но этим сказано практически всё. Жить с верой, только на этой основе возможен настоящий либерализм, потому что только в вере человек истинно свободен, а когда либерализм является свободой и проповедью всевозможного разнузданного поведения где угодно – это не либерализм, это подмена понятий, это не есть свобода проявления личности, проявления трудящихся или капитала и так далее. И далее в анализе здесь в докладе вскрыты основные проблемы как именно в той иерархии, как они были представлены, мы начали с того, что проблем много и есть разные постановки, но вырождение нации, то самое несбережение народа по факту, поляризация населения и кризис здравоохранения и образования и так далее, все, в конечном счете, восходит к тому, что называется вот такая пораженность, пораженность базовых мотивов смысла жизни людей и, начиная с этой болезни, мы можем лечить все остальное.

Здесь присутствуют те ученые, которые последние десять лет активно занимаются изучением истории России и прогнозированием будущего, и была в свое время выявлена очень интересная и важная закономерность, что Россия дышит неким циклическим образом. Этот образ дыхания отличается от всех других стран. Другие крупные страны, такие как Соединенные Штаты, Китай, европейские ведущие страны, они примерно дышат, знаете, 60-летними интервалами, вот два с половиной поколения поменялись, и у них начинается новая эпоха. А мы по 80 лет. Соответственно, когда другие пробежали четыре срока жизни, мы три. И накапливались основания, и каждый раз нужна вот эта самая духовная мобилизация. Это очень оптимистичный вывод, поскольку было обнаружено, что несмотря ни на какие распри извне и никакие распри внутри, не было такого, как говорил Михаил Васильевич Ломоносов, чтобы Россия сил своих не возобновила и к ободрению уставшего народа дарованы ей были бодрые государи. И вот мы сейчас на основании этих выводов очень важных за две тысячи лет находимся в фазе, когда вот это состояние духовной мобилизации, состояние накопления энергии, сосредоточения, оно предваряется сначала очень достаточно темным рассветом, но это уже рассвет. Поэтому название первого блока у нас «Россия встревожена», Россия встревожена, за этим потом следует мобилизация, но также был сделан очень важный вывод, что наши ресурсы, возможности, потенциалы, начиная с самой истории и самое главное, с духовного потенциала, далее интеллектуального, валютного, социального и так далее, они все-таки колоссальны, и это отличает в пользу жизнерадостности весь этот вывод. И последнее, что хотелось бы здесь упомянуть, что никогда Россия не совершала прорыва ни экономического, ни укрепляла свою военную мощь, ни укрепляла свой суверенитет без того, чтобы она сначала не укреплялась культурно и не укреплялась религиозно.

Сегодня день Александра Свирского и для нас, когда мы с группой коллег посещали монастырь Александра Свирского, это было уже, наверное, лет так семь назад, мы узнали об очень важном событии – в свое время мощи Александра Свирского оказались снова в монастыре в те самые дни, когда переносились мощи царских мучеников в Петербург, но об этом не было особой прессы, и в конце июля снова Александр Свирский оказался именно в том монастыре спустя 80, ровно 80 лет. Первые команды большевикам собственно эти мощи разгромить, показать, собственно говоря, так условности или ложности этих идей были предприняты сразу же, буквально после переворота октябрьского в январе 1918-го года.

Пять раз красная гвардия пыталась эти мощи реквизировать, и когда это случилось, то в ЧК пришли к выводу, что на самом деле это настоящие мощи, хотя публично сообщили, что это восковая кукла. И вот поразительный факт, в недавно показанном фильме об истории монастыря Александра Свирского, они сохранились чудесным совершенно образом в военно-медицинской академии, без особых условий хранения они так и остались нетленными, благоухающими, это величайшее чудо. И руководитель академии генерал-полковник, в прошлом министр здравоохранения, оказалось, теперь не только занимается обучением будущих военных хирургов, но по субботам и пятницам он служит службу. То есть он принял священнический чин и сказал такую фразу, что для меня теперь в моем возрасте, в моем состоянии не имеет значения доказательство этого чуда, я в него просто верю. И вот в этом смысле то, что показал сам проект работы на стратегию преображения, он подвел фактически научную современную базу данной заповеди, то есть для людей истинно верующих вообще вопроса нет в том, насколько эти принципы жизни, принципы преображения важны, не важны, их не нужно доказывать, но для широких кругов мирян, которые составляют народ божий и у этого народа божия свое служение, как опять же об этом недавно в своей проповеди сказал Святейший Патриарх, особое служение у мирян, потому что никаких сил священнического чина не хватит, чтобы на самом деле заниматься вот этой духовной мобилизацией, просто крайне мало и мы должны, находясь фактически за оградой монастырей и храмов, но составляя единый народ божий, этому всемерно помогать. И то, что сегодня у нас происходит такое, знаете, симптоматичное обсуждение с участием руководства профсоюзов и политиков, законодательства и все это оформляется духовно русской православной церковью, и что это происходит здесь и в этом месте и в этот день Александра Невского, Даниила Московского, Александра Свирского, это крайне симптоматично.

Еще раз хочу поблагодарить всех участников, причастных к разработке стратегии и сказать о том, что эта работа продолжается и будем рады ее развивать во всех дискуссиях, дебатах, во взаимодействии, в сотрудничестве, в каких-то практических конкретных предложениях совместно и с Центром социальной консервативной политики и со всеми, кто здесь присутствует в частности, нашими коллегами из деловых ассоциаций и Опоры России и Деловой России и Ассоциации российских банков и других. Спасибо вам огромное! Позвольте слово предоставить Павлу Александровичу Шашкину.

П.А. Шашкин: Спасибо, Александр Иванович! Сегодня действительно очень важный день, день святых Даниила Московского и Александра Невского, небесных покровителей Москвы и России. И тема, которую мы сегодня обсуждаем, имеет ключевое стратегическое значение для будущего страны, это действительно тема важнейшая, тема становления социальной консервативной идеи современной России и в то же время тема взаимодействия предпринимателей, профсоюзов, людей труда в контексте работы над этой идеей, в контексте развития этой идеи. Еще шесть лет назад будущий патриарх Кирилл назвал социально-консервативную идею базовым надпартийным и надклассовым принципом, который должен быть положен в основу национального и межпартийного диалога о мировоззренческом ценностном фундаменте нашего общества. И сегодня мы видим, как этот принцип начинает зримо воплощаться в пространстве реальной политики. Сформулированные, артикулированные, в том числе всемирным русским народным собором недавно базисные и нравственные ценности развития нашего общества, проводимые на протяжении последних полутора лет консультации русской православной церкви с основными политическими и общественными институтами показывают, что совершенно очевидно есть некая общность политических ценностей, таких как патриотизм, солидарность, справедливость, свобода и это дает шанс для начала серьезного диалога по формированию общего отношения к моральному и духовному фундаменту национальной жизни, на некий общественный консенсус в сфере идеологии. Идея социального консерватизма, социального патриотизма, понимаемые как восстановление единства государственных и народных интересов через возрождение социального государства и традиционной для России системы ценностей имеет сейчас совершенно очевидно широкую поддержку и в народе и в значительной части политическо-экономической. Они без сомнения, на мой взгляд, должны найти свое отражение и в идеологии общероссийского народного фронта. И здесь я хотел бы высказаться в поддержку создания социально-консервативного союза России, как движения, способного в рамках фронта отстаивать эти ценности и способствовать проведению такой политики, реальной политики, которая им бы отвечала.

Напомню, что ранее в рамках нашего патриаршего совета была сформулирована триада политических ценностей, она поддержана Святейшим и озвучена им с трибуны Всемирного русского народного собора, триада, о которой Александр Иванович здесь сегодня упоминал, это вера, родина, свобода, это, на мой взгляд, те базовые ценности современного политического процесса и отчасти социально-консервативные ценности, которые могут быть положены в основу этого диалога. Однако социал-консервативность сегодня, на мой взгляд, это не только некая идеология единства государственных и народных интересов, это социальный мир в обществе, это справедливое соотношение интересов труда и капитала, интересов наемных работников, профсоюзов и бизнеса. И проведение ценностно-ориентированной государственной политики в этой сфере должно, на мой взгляд, исходить из ключевого принципа – экономика не должна определять политику и социальное поведение, а защита справедливости – это всегда ключевая точка защиты экономической демократии, следовательно, и свободного развития производительных сил, следовательно, роста экономики и благосостояния народа. Уже много говорилось о том, что рынок для православного сознания – это средство, но никак не цель, а тем более, не универсальная ценностная категория, поэтому задачи проводимой в нашей стране модернизации, как мы считаем, заключаются не в том, чтобы изменить менталитет и мышление людей, перековать их на некий западный манер, а в том, чтобы максимально эффективно использовать уже имеющийся духовный потенциал нации и провести ту самую духовную мобилизацию, о которой сегодня говорилось, освободить производительные силы народа через формирование идейного ресурса государственной политики, через возрождение ценностной мотивации трудовой деятельности, через создание нравственного климата социально-экономических отношений с опорой на традиционные для нашего народа ценности, среди которых честный труд, равно как и честное предпринимательство, всегда, подчеркну – всегда уважалось и считалось важной формой общественного служения. Миф о якобы неспособности русского народа к труду, о его лености или неспособности русского народа к предпринимательству – это не более чем миф и ложь.

Потому что на протяжении веков русское купечество, да и непосредственно русская православная церковь в лице крупных монастырей самым активным и эффективным образом занималась хозяйствованием, расширяя и укрепляя тем самым российскую государственность и это исторический факт. Сегодня успех заявленной задачи модернизации, как мне кажется, напрямую зависит от форсированного решения двух ключевых задач – это обеспечение роста производительных сил в экономике и собственно завершение строительства политической системы, способной этот рост гарантировать. Поэтому говоря о новой ценностно-ориентированной промышленной и кадровой политике, которая также заявлена сегодня в качестве одной из тем нашего заседания, необходимо подчеркнуть ключевые позиции такой политики, на мой взгляд – это стимулирование роста производительных сил в сочетании с возрождением социокультурных традиций русской цивилизации, это формирование нового политического класса как носителя этих традиций, это повышение роли политических партий, как механизма рекрутирования этого нового политического класса, независимого от коррумпированной части государственного аппарата и политической силы, которая несет ответственность за те социокультурные и социально-экономические преобразования в стране, которые происходят. Наконец, это возрождение власти авторитета государственного и духовного через укрепление ведущих традиционных религиозных общин страны, как носителей социокультурных традиций. В первую очередь русская православная церковь. Причем закрепление путем законодательного оформления социального партнерства традиционных религий и государств. И наконец, последняя тема, на которой я хотел бы остановиться, это новая индустриализация, тема, которая на слуху. Конечно, отрадно, что необходимость новой индустриализации России, о которой последние 15 лет так много говорили эксперты и политики, включена, наконец, в программу действия государственной власти, но этого явно недостаточно. Необходимо вполне конкретно законодательно, на мой взгляд, сформулировать параметры проведения такой промышленной политики, которая в равной мере отвечала бы принципам социальной справедливости и эффективности хозяйствования, способствовала бы поступательному росту производительных сил, выравнивания социальных диспропорций, стабильность экономических и социальных отношений. И именно этот путь самый верный и главный путь к той самой солидарности, о которой мы сегодня говорили.

А если исходить из того, что стабильность – это важнейшее предусловие устойчивого экономического роста, я хотел бы еще раз подчеркнуть важную мысль, высказанную нашими экспертами – это необходимость проведения государственной экономической политики на основе системного и долгосрочного планирования, и главная ставка которой должна быть сделана на воссоздание максимально самодостаточной и независимой от внешнего воздействия национальной промышленности, на повышение активной роли государственного участия в экономике через увеличение не только частных, но и государственных инвестиций в производство средств производства. И точка зрения, которую высказывал неоднократно тоже наш эксперт, наш коллега, помощник руководителя администрации президента, руководитель рабочей группы по инновационному законодательству Екатерина Витальевна Попова, это необходимость законодательного закрепления стратегического индикативного планирования в формате равноправного государственно и частного партнерства. Речь идет о заключении отраслевых контрактов между предприятиями и государством на основании решений специальных отраслевых советов при профильных органах власти, сформированных напрямую из представителей государства, бизнеса, профсоюзов, экспертного сообщества. И подобная схема, успешно опробованная во многих зарубежных странах, может придать промышленной инвестиционной стратегии абсолютно новые качества. То есть сформировать ту самую взаимозависимость интересов государства, крупных госкорпораций и естественных монополий с профсоюзами, с финансово-промышленными группами, представляющими негосударственный сектор. Поэтому реально умозрительная стратегия… реальная, а не умозрительная стратегия опережающего развития российской экономики, стратегия, отражающая срез реальных интересов и ценностей общества, на мой взгляд, это необходимость увязать концепцию долгосрочного научно-технического развития, план размещения производительных сил, а также план расселения и миграции населения с геологической, транспортной и энергетической стратегии(?) в некое единое целое с последующей разбивкой на пятилетние планы, как это делается в большинстве развитых стран. А сделать это возможно только, убежден, упираясь на здоровое социально-консервативное большинство, на единство целей и интересов государства, народа и бизнеса, скрепленные общей системой ценностей и социального консерватизма. Спасибо.

А.И. Агеев: Спасибо, Павел Александрович! Сейчас слово Сергею Юрьевичу Волобуеву, приготовиться Абросимову Николаю Алексеевичу.

С.Ю. Волобуев: Уважаемые коллеги! В свете всего вышесказанного хотелось бы подчеркнуть, что получается, что кроме социальной консервативной идеологии живой идеологии в России больше нет, ну или можно сказать, что их на самом деле две. То есть, это идеология воинствующей безыдейности, безнравственности, релятивизма, которая прячется за ширмой релятивизма, прячется за ширмой либерализма, в действительности мы имеем в виду две силы, одна созидательная, та, которая опирается на традиционные ценности, на классику, на научные подходы и на мудрость традиционных конфессий, вообще на мудрость, и манипулятивные, волюнтаристские подходы, которые, наверное, ложно даже называют либеральными, они разрушительны. Созидание разрушимо. Мы сегодня все являемся отчасти заложниками того, что наше идеологическое поле в России конечно структурировано ложным образом. Социальные консерваторы люди созидательные и есть во всех партиях, во всех движениях, зачастую люди еще не определились, по всей видимости, так было структурировано это поле, чтобы все играли в какую-то странную, я не побоюсь сказать, дьявольскую игру, когда коммунисты оказываются защитниками государственнических подходов, это смешно в принципе. Если мы задумаемся, взглянем в существо коммунистической идеологии, которая в принципе отрицает исторические перспективы государства и не считает его ценности, мы не говорим сейчас о тех мутациях, которые она претерпела на нашей почве и так далее, мы видим, что это конечно всё проявление постмодерна, игровой и разрушительной логики. Так же, как все остальные поля. Мы и среди либералов можем встретить людей, которые отстаивают свободу и право личности, понимая их в традиционном контексте, как действительно человека понимаем, как абсолютную ценность в виду того, что признается существование нравственного и божественного закона, а есть те, кто отстаивают права индивида, его безграничную свободу и его возможности… отстаивают возможности его безграничного самовыражения, которое в принципе уже переходит границы человеческой природы и, не говоря уже о неких высших нравственных ценностных рамках. Таким образом, задача, которая стоит перед социальными консерваторами в России, она может быть сформулирована как системная, системная работа сразу на нескольких уровнях, но нужно решить проблемы с жестким размежеванием гуманитарной науки, безусловно. У нас мощное научное гуманитарное лобби, которое фактически легитимирует этот разрушительный хаотический порядок, в который тянут Россию. Очень влиятельные кафедры и институты, которые подводят псевдонаучную базу под, условно назовем это – либерально-экономические стратегии и либеральные правила. И вместе с тем в научном сообществе мы имеем тех ученых, тех мыслителей, которые упираются на ценностный фундамент, которые исходят из некой высшей ценностной рациональности, это два разных лагеря и задача их в том, чтобы структурировать лагерь ценностей. Еще одна задача фундаментальная – это конечно изменение политики российских СМИ. Все заявленные верные задачи, связанные с преображением России, с новой индустриализацией, с созданием солидарного союза труда и капитала, инновационный прорыв, модернизация, все вот эти бренды и термины, которые мы можем сегодня использовать, они могут быть, могут работать в постмодернистском контексте просто как бренды, которые на время выполняют роль камней, бросаемых на водную гладь общественного сознания, а могут быть наполняемые аутентично национально-ориентированным… ценностно-ориентированным содержанием, всё зависит от того, какой изначально подход заложен и здесь, безусловно, нельзя обойтись без изменения политики российских СМИ. Безусловно. Мы, я не буду сейчас повторять, конечно, общие места, какова эта, каковы наши обещания, каков его ценностный фон, к сожалению, это приходится констатировать уже на самых основных площадках и партийных и государственных, с этим уже все согласны, вопрос в том, что надо наконец с этим что-то делать. Тем более, что многие разрушительные каналы, многие сомнительные передачи, они финансируются прямо или косвенно из государственного бюджета и принадлежат государству или государственным корпорациям. Это большая проблема и нужно что-то с этим делать и нужно ставить этот вопрос. Если мы не решим этого парадокса, то мы не получим ни соответствующего общественного настроения, в котором в принципе могут быть, существовать экономическая этика, какая-то внятная трудовая мотивация, какое-то нормальное жизненное планирование, какое-то человечное минимально гуманное отношение, оно невозможно сегодня в той информационно-ценностной среде, в которой пребывает современное российское общество. Нужно только к этому добавить, что современные СМИ и информационные технологии воздействия на общество, они не только, может быть кому-то это кажется, что на время это создает полустабильное общество, оно, у него отключается способность суждения, ценностного суждения и мышления и вроде бы как это гарантирует некую его тишину в этом обществе. В действительности эти технологии порождают социальный хаос, в действительности они формируют тип человека, который никому и ничему и никогда в принципе не может ни подчиняться и ничего планировать и не может встроиться ни в какую систему и мы не будем говорить, что они генерируют революционные настроения, но они генерируют откровенный хаос в обществе и нарастание его в социальной системе, это очень опасная тенденция, которую мы не имеем права проглядеть. Средства массовой информации – это настолько серьезный ресурс, настолько сильный ресурс, что степень его разрушительного воздействия и степень его созидательного воздействия может быть собственно является определяющим в современной социальной системе вопрос в том: в чьих руках он находится, и какие ценности лежат в основании собственно функционирования этих систем. Наверное, это самые основные вещи, которые сегодня стоят – это изменение экспертного поля, мобилизация соответствующего теоретического инструментария, который существует в российской науке, и который, к сожалению, по большей части невостребован и это конечно изменение политики СМИ и политики в отношении СМИ, наверное, это те условия, которые необходимы, выполнение которых необходимо для реализации любых стратегий, направленных на возрождение России. Спасибо.

А.И. Агеев: Спасибо, Сергей Юрьевич! В прежней версии доклада мы назвали СМИ в определенном контексте средствами агитации и дебилизации, но в этой версии смягчили по настоянию некоторых экспертов. На фоне безнравственных действий некоторых СМИ, что зачастую справедливо, есть Пятый канал, то есть картина более сложная, чем всех одной краской… Из тех, кто у нас в списке выступающих, Николай Васильевич Абросимов, прошу, наверное, лучше так с трибуны, Зубарев, Гельвановский, Николаев, Милюков, Давиденко. Кто-то еще имеет желание высказаться? Я спрашиваю с тем, чтобы нам сориентироваться по регламенту.

Пожалуйста, Николай Васильевич! Николай Васильевич Абросимов, администрация президента.

Н.В. Абросимов: Спасибо огромное за предоставленное слово. Прежде всего, мне бы хотелось обратить ваше внимание на президиум. Еще ни разу президиум не собирал такого огромного количества политических деятелей из разных сфер, которые реально оценивают возможности духовные, прежде всего в реализации тех программ, которые стоят перед нашим обществом. Это первая чрезвычайно важная оценка. Прорыв происходит, прежде всего, в осмыслении духовной составляющей тех процессов, которые происходят в нашем государстве, в обществе, в экономике или в любых других сферах, в тех, в которых мы соприкасаемся. Это первое чрезвычайно важное замечание. Второе, на что бы мне хотелось обратить внимание – это то, что мы работаем вместе с Александром Ивановичем Агеевым и другими учеными под руководством уважаемого протоирея Всеволода над проблемами, которые действительно охватывают весь процесс развития страны, и если мы внимательно посмотрим, то реально увидим, что мы дошли до той черты, когда реально встает вопрос: как быть дальше? Мы прекрасно понимаем, что эта черта, накопившая в себе и количественные и качественные характеристики, дальше которой уже нельзя, нужно что-то делать… Кстати сказать, сегодняшнее обсуждение как раз характеризует очень сильно, насколько обострились все противоречия, за пределами которых либо мы должны определить свою стратегию и идти дальше, либо согласиться с теми навязанными нам услугами духовными, которые дает другая часть общества. Прямо скажем, что эти взгляды и их обострения связаны, прежде всего, с предстоящими двухуровневыми выборными кампаниями, и в Государственную Думу и президентские выборы… Однозначно выбор должен быть сделан в пользу той структуры, которая дает реальные возможности для развития государства и страны. В этом отношении, что мы можем предложить? Я имею в виду, прежде всего, Клуб православных предпринимателей, который вроде бы сам по себе и небольшой и незаметный, на самом деле проводит серьезную и большую работу среди огромных масс населения страны и практически во всем нашем российском регионе. Практически мы имеем в каждом нашем региональном анклаве своих представителей, которые могут донести до огромного количества людей содержание той идеи, той политики, которую им предстоит решить. Это чрезвычайно важно. Спасибо огромное Александру Ивановичу, который сумел аккумулировать труд больших ученых и создать такую программу «О стратегии преображения России, идеалы и шансы». Что бы мне хотелось здесь отметить? Здесь дана оценка нынешнего состояния и прежде всего духовной составляющей этого состояния, на сколько мы опустились в измерении духовного понимания общественного развития нашей страны и где те реальные ресурсы и возможности развития, которые сохранены, и которые реально могут выступить в качестве преобразующей нашу страну стратегии. В этой связи я бы попросил всех присутствующих здесь и особенно наших уважаемых предпринимателей, чтобы эта стратегия стала определенной программой действий, ну хотя бы до ближайшего периода выборов двухуровневых, которые нам предстоит сделать. Это первое. Это реальный документ, который вооружает всех нас реальным пониманием сущности происходящих явлений через призму духовности и самое главное – дает реальные возможности понять механизмы преображения нашего государства. Это чрезвычайно важный документ, который должен быть доведен до всех. Конечно, у нас очень мало реальных возможностей, я имею в виду, в отличие от многих других партийных СМИ, у нас нет своих собственных средств массовой информации, которые бы могли реально воспользоваться этим документом и раскрыть сущность и содержание того, что мы предусматриваем в духовном преображении России. Но как бы там ни было, реально мы все-таки можем донести до большой народной аудитории, до людей, заинтересованных в преображении России, в духовном обновлении России, опираясь на этот серьезный и важный документ. Хотелось бы подчеркнуть одну важную деталь, которая раскрыта в этом документе, – в отличие от всех других материализованных частей преображения, духовная составляющая, сама по себе самая важнейшая, ей обладает практически каждый человек… Преображением обладает каждый человек, каждый человек имеет свой механизм понимания этого преображения. Преображение находится в наших руках. И я бы хотел обратиться ко всем присутствующим с тем, чтобы данный документ стал реальной программой действия хотя бы на ближайшее время, несколько месяцев. Спасибо.

А.И. Агеев: Спасибо, Николай Васильевич! Я подчеркну, что Николай Васильевич также активный участник разработки этого проекта. Мы приняли решение, поскольку оказалось много, что называется, интеллектуальных отвалов, сделать закрытый документ для Совета безопасности, потому что есть выводы, которые явно не нужны для публичного обсуждения. А что касается СМИ – мы конечно пользуемся и возможностями сайта, и интернет-телевидение у нас есть, хоть и начинающееся, но, тем не менее, есть, и наше сотрудничество в частности с Центром социальной консервативной политики позволяет эти идеи обсуждать и опираться уже на мощную сеть СМИ, которые есть у Центра, например. Виктор Владиславович Зубарев, пожалуйста! Приготовиться Гельвановскому.

В.В. Зубарев: Уважаемые коллеги, соратники, друзья, дамы и господа! Мне хотелось бы начать выступление с обозначения может быть рисков, то, с чего начал отец Всеволод. Это – выборы. На протяжении сегодняшней нашей беседы, очень союзнической, я почувствовал, что есть направление, по которому мне хотелось бы высказать свою точку зрения. Мне кажется, что мы с водой можем выплеснуть ребенка. Когда мы говорим об экономике, о предпринимательстве и о православных предпринимателях, то, конечно же, это не только организация, которую представляет Александр Иванович, а я вице-президент общественной организации Деловая Россия и депутат Государственной думы, у меня очень много друзей православных депутатов, православных предпринимателей, которые честно ведут свою работу и, конечно же, опираясь в своей работе на некоторый анализ, мы и в Деловой России пришли к ряду таких выводов, которые я бы хотел вам сейчас тезисно озвучить. Еще Джон Петер, известный американский ученый, на двух американских ученых я хочу обратить Ваше внимание, дал определение инноваций, а после он отделил капиталистов от предпринимателей, и это он сделал в рамках защиты интересов американской стороны, но в этом я увидел то, что происходит у нас сейчас, в постсоветский период. Мы с атеистическим режимом быстро покончили, не имея духовной мощи нашей православной. Протестантский капитализм просто вошел в нашу жизнь. И чем отличается капиталист от предпринимателя и протестантский капитализм? В первую очередь ценностными своими характеристиками. Деньги любой ценой, их количество… Мы в Форбсе видим с вами, что чем больше денег, тем лучше капиталист и в этом смысле риск, о котором я говорю, он мне кажется гораздо более высок сегодня перед выборами с точки зрения прихода в избирательные технологии вот этого капиталистического протестантского капитализма. Сегодня даются очень симпатичные тезисы предпринимательскому сообществу – деньги любой ценой. А чем же русский, православный, купеческий капитализм, Павел Александрович об этом сказал, о купеческом капитализме, который был в России, у русского человека и в российской действительности, это меценатство, это щедрость, это благожелательность и так далее. То есть деньги никогда у нормального купца не были на первом месте, ценность была другая. А ценность сегодня, мы должны понимать, в количестве добрых дел и вот эти критерии, мне кажется, нужно ввести и довести до тех людей, с кем я общаюсь. Мне везет, потому что я знаю многих людей, которые делают просто добрые дела, много добрых дел и ведут свою скромную работу по восстановлению нашей православной церкви и храмов и монастырей. Так вот существует опасная тенденция, я почему сейчас не говорю о коммунистах, я вижу, что там есть наше уважаемое старшее поколение, они приверженцы какой-то светской этики, коммунистических принципов и их остается все меньше и меньше и, наверное, их надо пожалеть. А вот то, что происходит сейчас, вот это риск, он очень серьезный. Мне невольно кажется, что мы иногда, говоря в угоду новой индустриализации, термин, кстати, который был озвучен на встрече с Владимиром Владимировичем Путиным на конгрессе национального бизнеса в этом году 26 мая Деловой России. Двадцать пять, создание 25-и миллионов рабочих мест высокоэффективных… Это реальный сектор экономики поднял проблему повышения страховых взносов на предпринимателей-трудяг, которые так же трудятся, как и наемные работники. Это не капиталисты, это денно и нощно наши труженики. Так вот, когда мы предлагали для налоговой политики опыт Прибалтики, Польши, Болгарии, на 19 процент подняли акцизы на бизнес, основанный на человеческих пороках, алкоголе. Сегодня на 19 процентов подняли. Употребление пива осталось на том же уровне, крепкого алкоголя снизилось на 40-45 процентов. Это очень важно. И пополнение бюджета, если мы сегодня со страховыми взносами на всех предпринимателей реального сектора получим 58 миллиардов. Только поднятие акцизов на алкоголь на 19 процентов дает 300 миллиардов, но ладно алкоголь, алкоголь в России особая этика, а никотин, яд – абсолютные наркотики… Поднятие на 15 процентов дает 700 миллиардов рублей в бюджет! Вот за что мы бьемся, реальный сектор экономики со страховыми взносами. И нельзя Прохорову это озвучивать, он отыграет, извините выборную такую риторику, нам нужно эту площадку взять и отстаивать, акцизы на те бизнесы, которые основаны на человеческих пороках. И, конечно же, это наши сырьевые ресурсы.

Я депутат от Красноярского края, я десять лет руководил комитетом по промышленности Красноярского края, знаком с Олегом Владимировичем, с Владимиром Валерьевичем, с Михаилом Дмитриевичем, отстаиваю позиции края по наполнению бюджета. На пять-шесть процентов реальный сектор экономики пополняет бюджет Красноярского края и 12-15 России. Нельзя налоговую нагрузку давать на реальный сектор экономики, здесь, мне кажется, Александр Иванович, вы должны заявить жесткую позицию, четко: мы труженики реального сектора экономики! Михаил Викторович. Мы с рабочими поступаем корректно и грамотно и будем это делать. Мне кажется, вот здесь нужно, Андрей Константинович, в политической нашей предвыборной борьбе очень четко разделить капиталистов и предпринимателей. В заключение, можно конечно много говорить, как руководитель партийного проекта национальной инновационной системы хотел бы тезис о креативном классе, об этом сказал Павел Александрович, новый политический класс, мне кажется, новый политический класс должен быть основан на том всемирном термине – креативный класс – это люди, работающие в реальном секторе экономики, это люди, обладающие интеллектуальной собственностью, которую мы должны обеспечить. Американские и мировые ученые дают нам второе место после американцев, потенциал креативного класса у них – 15 миллионов человек. Я думаю, что они просто нас боятся, у нас гораздо больше… И это основной наш ресурс и это, то, за кого мы должны сегодня бороться и в предвыборный период, отец Всеволод, обращаю Ваше внимание, здесь нужно сделать акцент, иначе эти люди, они могут поддаться на тот манифест, который вышел у Правого дела, где во главе гордыня и тщеславие у человека, я почитал, и вы знаете, это очень опасная тенденция, мы потеряем 10-15 миллионов человек, а это наши люди, это наши православные, русские, христиане, то, о чем говорил Михаил Юрьевич, я здесь согласен. Мне кажется, вот здесь союз вот в этом божьем месте, в котором мы сегодня находимся, он должен состояться. Спасибо за внимание! Я озвучил риски, которые меня беспокоят, как представителя реального сектора экономики.

А.И. Агеев: Спасибо, Виктор Владиславович! Михаил Иванович Гельвановский. Кстати говоря, в докладе есть подход со стороны стратегических рисков, под которыми, в частности, подразумевается риск преждевременных смертей наших сограждан, которых миллионы каждый год мы лишних теряем, он пронизывает весь доклад и опирается на очень мощный подход, который реализуется в рамках координационного совета Академии наук по прогнозированию, вот Николай Андреевич Махутов этим занимается и Николай Васильевич и Борис Николаевич Кузык, поэтому в данном случае здесь ни одна цифра не является цифрой с потолка, это все результаты расчетов. И хочу отдельно высказать благодарность Деловой России, поскольку в докладе был учтен опыт форума «Несырьевая модель социального государства». Спасибо.

Михаил Иванович Гельвановский, активный разработчик проекта.

М.И. Гельвановский: Во-первых, хотелось поздравить коллег из Клуба православных предпринимателей и лично Александра Ивановича с признанием трудов Клуба и благословением его работы Святейшим патриархом Кириллом. Событие и повод неординарные. Этим благословением дан старт крайне важному делу. И дата знаменательная – день памяти св. благоверного князя Александра Невского.

Сегодня проблема нравственности – это проблема выживания страны. Когда прокуроры «крышуют» преступников, полицейские занимаются организованным разбоем, в армии солдат кормят собачьими консервами – это свидетельство того, что кризис нравственности зашел настолько далеко, что превращается в серьезную угрозу безопасности страны. Что же следует предпринять? Прежде всего, необходимо твердо уяснить, что светское государство не значит государство атеистическое. Нужно понять, что религия – это не партия, не корпорация, в которой можно хорошо устроиться. Религия – это наша жизнь в вечности и она важнее всего. К сожалению, люди часто об этом вспоминают только перед уходом из этого мира. Само государство со всеми его институтами по большому счету должно служить условием сохранения этой вечной жизни. Поэтому все зависит от правильно выстроенных приоритетов. Вспомним слова Спасителя: «Ищите, прежде всего Царства небесного, а остальное все приложится вам» и есть тот путь которым следует идти».

Главная задача состоит в том , чтобы начать строить свой христианский дом, в котором законы и нравы в наибольшей мере соответствовали заповедям, которые нам дал Спаситель! Тогда станет ясно, что и как нужно делать. Цели просты и очевидны:: наш народ должен быть нравственно и физически здоров; страна должна быть родной для своих жителей, а окружающий мир относился бы к нашей стране с уважением и почтением, чтобы не было страха, что с Россией поступят так, как с Ираком и Ливией, чтобы наши студенты не стремились, получив дипломы быстро сбежать из России в поисках лучшей жизни.

Конкретное решение этих вопросов видится в следующем. Во-первых, законодательная база страны должна быть построена на основе базовых ценностей Православия. Чтобы сразу отмести все возражения по этому поводу, следует сказать, что православное социальное учение по определению будет основано на евангельской веротерпимости. Поэтому интересы всех религиозных конфессий в таком законодательстве бесспорно будут учтены. И можно не сомневаться, что они будут учтены в большей мере, чем сегодня учитываются интересы православных в странах, где доминируют другие религии или религиозные конфессии. Во-вторых, хозяйственная организация должна исходить интересов нашего общенационального дома, а не интересов мирового рынка или других стран.

Для этого необходимо проанализировать возникшие за 20 лет диспропорции и выстроить экономику так, чтобы обеспечить экономическую независимость страны. К сожалению, сегодня ряд экономистов предлагают встраивать экономику страны в международные технологические цепочки, игнорируя необходимость гармоничного развития национальной экономики России, что чревато также серьезными проблемами для национальной безопасности страны.

В третьих, необходимо разработать эффективную конкурентную стратегию развития страны, что позволило бы обеспечить ее конкурентоспособность на обозримый период. Это особенно важно, если учесть крайне агрессивную конкурентную среду в современном глобализирующемся мире. Попутно следует заметить, что не следует отбрасывать положительный опыт СССР. Здесь есть многое что следовало бы переосмыслить и многое можно использовать. Если бы положительного опыта не было, мы не победили в Отечественной войне, не вышли бы первыми в космос, не создали самую передовую по тем временам фундаментальную науку.

Исходя из этого, хотелось бы обратить внимание на то какая формулировка дана в «Основных положениях концепции стратегии «Преображения России». В этом документе предлагается «идея социально-консервативного синтеза, сочетающего в себе вековые традиции охранения базовых нравственных ценностей и опыт социального государства, включая положительные стороны почти 70-летнего опыта развития СССР».

Решая такие масштабные задачи, важно исходить из необходимости выстраивания собственного глобального проекта. Однополярная глобализация породила в мире антиамериканские тенденции. Этот антиамериканизм имеет нравственное преимущество уже тем, что олицетворяет сопротивление силе и именно это нравственное преимущество является главным нашим конкурентным преимуществом, ибо «не в силе Бог, а в Правде!». Крайне важно, чтобы это нравственно ориентированное патриотическое направление не обрело узконационалистический характер. Ведь американская миссия, как об этом вполне откровенно заявляют сегодня ее носители и пропагандисты, носит глобальный характер. Значит и наш, российский глобальный проект не может быть узконациональным, он требует столь же глобально сформулированной альтернативы.

Мы должны осознать и тот факт, что для выдвижения глобальной альтернативы однополярной глобализации охватывающей сегодня практически весь мир, необходимо на «большие смыслы» на идеи исторического общечеловеческого масштаба. Сегодня неизбежно в условиях ухода из центра мировой политики борьбы двух систем капитализма и коммунизма, происходи смена парадигм развития: у народов естественным образом появляется возможность реконструкции своего цивилизационного опыта. Люди с особой бережностью начинают относиться к всему национально-культурному наследию. Нам, естественно было бы обратиться к опыту собственной православной цивилизации, конкретно это могло бы выразиться в разработке Социального учение православной церкви как базы такой цивилизационной реставрации.

Это особенно важно, если учесть, сложившийся и нарастающий отрыв в формирования правового поля России от традиционных для России базовых восточно-христианских ценностей, поскольку создание этого правового поля, как и вся хозяйственная система страны, формировалось по лекалам Вашингтонского консенсуса, провал и вредоносный характер которого признал даже бывший лидер МВФ. Создание такого учения во многом способствовало бы формированию прочного научного и религиозно-социального фундамента для законотворческой деятельности в России. При этом предполагается в качестве базового отправного документа необходимо использовать принятые на Архиерейском соборе в 2000г. «Основы социальной концепции РПЦ».

Такое учение могло бы помочь восстановлению в нашем обществе здравых социальных норм, которые сегодня кажутся утерянными навсегда. Именно такое беспредельное, безнормативное состояние, когода с точки зрения общественной морали «все можно», что не запрещает закон и служит основанием и преступности и проявлений бытовой дикости, которых здесь говорил господин Исаев.

Хотелось бы обратить внимание еще на одну очень важную проблему.

За 70 лет официального атеизма, произошло очень сильное изменение как социальной среды, так и церкви как социального института. Среда перестала быть церковной в глубоком понимании этого слова, а церковь в значительной мере утратила навыки социальной работы. И этот взаимный разрыв пока не удается преодолеть в самом его основании даже спустя 20 лет после отказа от официального атеизма. Если же учесть конкурентную среду РПЦ и методы деструктивной конкуренции, которые используют противники РПЦ, то проблема усложнятся на порядок. Между тем сегодня пока нет даже попыток серьезного осмысления этой проблемы, не говоря уже о какой-то конструктивной работе ведущейся в этом направлении. Мы столкнулись с этой проблемой в конце 90-х годов, когда начали работать над программой «Христианство-2000». Понимая сложность сложившейся ситуации, мы предложили проект мягкого решения этой проблемы в виде создания инфраструктуры Объединенного религиозно-социального ученого собрания (ОРСУС). О нем вы можете прочитать в нашей брошюре, посвященной программе «Христианство-2000». Начало этому проекту было положено во Владимирской епархии. Но затем возникли проблемы со штаб-квартирой программы «Христианство-2000»и дело застопорилось. Сегодня самое время вернуться к этой программе и ее проектам. Именно инфраструктура такого собрания могло помочь активно продвинуть решение задачи восстановления социальных норм, основанных на традициях Православия. Я приглашаю всех желающих к участию в этой программе. Спасибо за внимание.

А.И. Агеев: Спасибо, Михаил Иванович. Коллеги, хочу посоветоваться. У нас предварительный регламент был до пяти часов, но если у нас есть силы выслушать тех, кто заявился, то есть в пределах, я так понимаю, 15-20-и минут, мы найдем в себе силы чуть-чуть сократить неформальную часть в пользу все-таки первоначального списка, да? Но единственное, напоминаю выступающим о самоограничении. Сейчас Николай Петрович Николаев, «Опора России». Приготовиться Милюкову.

Н.П. Николаев: Уважаемые коллеги! На самом деле я хочу немножко продолжить разговор о том вот ядре, о котором говорил предыдущий оратор… Дать возможность духовной мобилизации на примере десятков предпринимателей, причем которые являются именно этим ядром в предпринимательской среде. При этом я конечно абсолютно согласен с коллегой из Деловой России, что нужно различать тех, несомненно, уважаемых людей, которые достигли большого, больших успехов и стали руководителями заводов, пароходов и так далее, и тех небольших предпринимателей, там нельзя забывать о том, что это десятки и сотни тысяч людей, тех самых фермеров Ивановых, таксистов Петровых и так далее, шаурмистов Сидоровых и так далее. И прежде всего, поговорить о них. В России уже на протяжении более трех лет работает рабочая группа бизнес-православие, которая, в общем-то, ведет основные три направления своей деятельности. И прежде всего мы поставили цель – изучить ту среду, то есть то самое общество наше российское, в котором развивается российское предпринимательство. Второе –исследовать непосредственно предпринимательское сообщество, именно тех самых небольших предпринимателей, которые работают по всей России и, конечно же, вести работу по объединению единомышленников. Так вот, если говорить о той атмосфере, в которой приходится развиваться российскому предпринимательству, мы провели исследование, общероссийское исследование по отношению российского общества к коммунистическим принципам предпринимательской деятельности. Вы знаете, на самом деле результаты, которые показало это исследование, они поразили всех. Во-первых, что касается количества воцерковленных людей, то здесь по нашему исследованию мы обнаружили, что не более двух процентов населения, то есть ситуация еще значительно хуже. Если говорить в целом о той атмосфере, в которой приходиться жить, то получается, что более 20 процентов населения заявили открыто при очном общении с человеком, который заполнял анкету, о своей готовности украсть. Страшно подумать, какое количество людей, в общем-то, не решилось это сделать. То есть здесь речь идет о достаточно плачевной ситуации, которая привела к тому, что наше предпринимательство развивается в атмосфере крайнего недоверия, тотального недоверия, можно сказать.

При этом те же самые цифры, исследования показывают, что большинство населения готово, на сегодняшний день поступиться какой-либо моралью, нравственными принципами в угоду деньгам, в угоду какой-то выгоде и так далее. При этом, конечно же, самое печальное, что основной источник негатива на сегодняшний день – это молодежь, потому что все негативные черты, которые выявляются в нашем исследовании и другими, они, эти показатели для молодежи превышают на 20-30 процентов общий средний показатель для всего населения. Но при этом конечно хочется и сказать о положительном, потому что наша деятельность, наши исследования показали, что чем четче определены этические принципы человека, тем стабильнее и успешнее его экономическая деятельность. Поэтому вопреки бытующему мнению, которое часто бывает, пытаются навязать извне, православие не ведет к экономической пассивности. Поэтому в своей деятельности, когда мы начали свой второй этап и приступили к исследованию предпринимательства как такового, мы опросили более 50-и отделений Опоры России в самых разных регионах с просьбой прислать нам и дать возможность пообщаться с теми предпринимателями, которые ведут какую-либо благотворительную деятельность, осуществляют какие-то социальные проекты по собственной инициативе. Вот здесь конечно нас ждала более радостная ситуация, потому что нам начали поступать отклики. Огромный блок работ, который ведут «небольшие» предприниматели связан со строительством каких-то детских учреждений и помощью бездомным, детям, старикам и так далее, это всё ведется на деньги предпринимателей и с их инициативы. При этом надо отметить, что более 80-и процентов таких проектов имеют православные корни, то есть они делаются, в том числе совместно с русской православной церковью… Поэтому мы столкнулись реально в регионах с теми, кто реально каждый день сам сохраняет Россию, не ожидая каких-то моделей… Надо сказать еще, хочу сделать небольшую ремарку, что получить эту информацию о реальных предпринимателях оказалось не так уж просто, потому что все предпочитают, в общем-то, по евангельским принципам замалчивать о своих добрых делах.

И поэтому памятую вот эту атмосферу недоверия и только через какое-то время нам действительно удалось выявить эти положительные моменты, большое количество положительных и хороших проектов. Поэтому третье направление, которое мы сейчас ведем – это как раз объединение единомышленников, мы сейчас разработали и вот сейчас запускаем проект «Опора созидания» — это дискуссионная площадка, которая будет в интернете, она открыта будет в этом же месяце, которая станет, как мы надеемся, дискуссионной площадкой по вопросам, как развить предпринимательскую деятельность, обсуждение тех проектов и тех вопросов, которые на сегодняшний день стоят перед православными предпринимателями, например, сфера деятельности – это огромный вопрос, который задает большое количество предпринимателей, сталкиваясь с конечно большим количеством возможностей зарабатывания денег, если немножко прикрыть глаза на разные моральные устои. Поэтому мы собираем сейчас своих единомышленников среди предпринимателей… Возвращаясь к возможности духовной мобилизации и к возможности духовной мобилизации именно вот этих людей, то я думаю, что конечно это возможно. И если говорить об этой мобилизации под флагом консерватизма, то конечно для этих людей консерватизм – это прежде всего ответственность и перед своими согражданами и перед страной и перед теми работниками, которых они нанимают. Поэтому что им не хватает, я думаю, как раз не хватает консолидации, не хватает тех площадок, которым они доверяют. Потому что на сегодняшний день доверие к каким-то государственным инициативам для этих людей прямо скажем, невысоко. Поэтом я считаю, что один из серьезных путей – это как раз объединение таких людей на менее формальном уровне. Спасибо.

А.И. Агеев: Спасибо, Николай Петрович! Отец Всеволод.

Всеволод Чаплин: Спасибо. У меня короткие реплики. Одна в связи с выступлением Андрея Константиновича. Я думаю, что церкви стоит пытаться выбирать собственную партию, потому что действительно, как вы совершенно правильно заметили, в разных партиях есть представители православных христиан и их достаточно много. Когда мы полемизируем даже с теми же коммунистами относительно оценок разных периодов российской истории, то понимаем, что при всем стремлении говорить правду о том, что имело место в истории, мы не должны оскорблять чувства людей, которые, будучи православными христианами, в то же время по-другому оценивают советский период истории, являясь членами партии, например. Кстати, уроки Гражданской войны нам также очень о многом говорят… Патриарх Тихон не благословил белое движение, он твердо отказался это сделать. И это надо иметь в виду. Если говорить о количестве воцерковленных людей, это очень интересный спор, по моим ощущениям от четверти до трети людей имеют православную религиозную практику. Это не один процент и не два процента. Считать количество людей на пасхальной и ночной службе и это считать показателем их религиозности?! Это не так. Вообще на Пасху храмы переполнены, но я знаю большое количество людей, которые не остаются на пасхальной ночной службе. Я знаю духовенство, которое сразу после крестного хода уезжает, потому что гораздо больше людей приходит не на ночную службу, а приходит либо днем, либо на следующий день на утреннюю литургию. Например, если говорить о ночном рождественском богослужении, я, когда был мирянином и даже когда был уже священником, на ночную службу никогда не ходил, я считал, что это просто достаточно стадное явление, давиться в храме ради того, чтобы обязательно помолиться ночью. Кстати ночная рождественская служба – это определенное литургическое новшество, ее не было почти никогда, оно появилось в последние несколько десятилетий.

Очень интересный опрос был опубликован вчера, он сделан организацией, которая не относится к числу симпатизирующих православной церкви, это Левада-центр. Так вот если верить этому опросу, около 30-и процентов жителей России, по крайней мере, иногда приходят в храм, кто-то раз в год, кто-то реже, но все-таки приходит и приходит, конечно, не для того, чтобы посмотреть на убранство храма, а для того, чтобы помолиться. И 20 процентов хотя бы иногда причащаются – это очень много. И по моим ощущениям как священника это полностью соответствует сегодняшнему положению вещей. Оказываясь в светской среде, ты встречаешь от четверти до трети людей, которые имеют определенную православную духовную практику. Они читают богословскую литературу, они молятся в храме или дома, они представляют себе жизнь православной церкви. Есть такие и среди чиновников, такие богословы-любители, которые лучше всех священников и лучше всех архиереев, как они считают, знают церковную жизнь, знают, что для церкви надо по-настоящему, какие реформы в ней нужно произвести. Но вот таких людей сегодня достаточно много. Спасибо.

А.И. Агеев: Спасибо. Анатолий Илларионович Милюков, ассоциация российских банков.

А.И. Милюков: Тема нашей дискуссии – это тема экономики и нравственности. Я должен рассказать, прежде всего, о банках, но я уже на прошлом заседании подробно о них говорил, поэтому сегодня хочу немножко выйти за рамки чисто банковской сферы.

Мне кажется, что любая экономическая политика должна быть так реализована, чтобы формировать высокую нравственность. Я выделяю, по крайней мере, пять условий для реализации умной и грамотной экономической стратегии страны.

Первое – наличие программ развития страны. Сейчас предпринята попытка сформировать стратегию социально-экономического развития России до 2020 года. На нее обрушился, по-моему, справедливый вал критики, так как это слишком либеральная модель и ее необходимо модифицировать ближе к реалиям жизни, к потребностям людей.

Второе – это эффективная социальная политика. Я напомню некоторые цифры: соотношение богатых и бедных было в советские времена один к трем, сейчас один к 25-и и оно критически быстро растет. Я согласен с выводами, что будущие последствия такого дикого расслоения трудно себе представить…

Третье – это введение жестких правил для движения фиктивного капитала. Может быть, это слишком профессиональный термин, но сейчас у нас в стране эта проблема усугубляется. Нарастает отрыв фиктивного капитала от реального. Отсюда еще одна угроза кризиса.

Четвертое – господство справедливой конкуренции и права в экономике. Я не расшифровываю, это всем понятно.

И наконец, об этом сегодня говорилось, обеспечение права на труд, достойную жизнь, господство идеологии честного труда.

Это все общие истины, но весь вопрос в том, как организовать управление сегодня, чтобы реализовать эти, казалось бы, прописные истины, которые формируют действительно высокую нравственность людей, и способствуют экономическому развитию. Я по многим положениям рассматриваемого доклада согласен, но остановлюсь только на одном – вопросе: поиске главного звена, который надо тянуть и который потянет другие. Это развитие регионов.

Сейчас этому важнейшему направлению уделяется мало внимания. Могущество России будет прирастать не только Сибирью, но и, безусловно, регионами в целом. У нас сложилась вертикаль управления, но ее эффективность мала. Для решения конкретных проблем на уровне регионов не хватает ресурсов и возможностей. И в то же время именно в регионах сосредоточен основной капитал.

Получается, что только 13 регионов из 83-х являются самодостаточными с позиции формирования бюджета, остальные дотационные. Бюджеты муниципалитетов самофинансируется на 3-10 процентов, в то же время как в унитарных государствах Европы на 40 процентов.

Разрыв по валовому продукту на душу населения между наиболее и наименее развитыми регионами достиг 24 раз. Про банковскую систему и говорить нечего: 85% совокупных активов банков сосредоточены в тех, которые находятся в Москве.

В этих условиях капитал стремительно утекает из страны. Как сказал один известный предприниматель, 80 процентов бизнесменов России «сидят на чемоданах». Чистый отток капитала уже в 2009 году составил 56 миллиардов долларов, в 2010 году – 34 миллиарда, к концу этого года мы, скорее всего, приблизимся к 40 миллиардам.

Все это очень тревожно. Я недавно присутствовал на форуме в Крынице в Польше. Там собрались три тысячи экономистов и политиков со всей Европы и СНГ. В течение трех дней шли дискуссий, я присутствовал на 15 из них. Неприятно, даже больно констатировать, что почти на всех дискуссиях говорят о России, ее жалеют и не понимают, почему при наличии таких ресурсов, кадров и культуры страна находится в таком бедственном положении. Все спрашивают, сколько вы можете жить в таком унизительном положении?

Недавно мы провели в Нижнем Новгороде крупный форум «Финансово-кредитные механизмы реализации стратегий социально-экономического развития регионов Российской Федерации». Мы изучили опыт передовых регионов по данной проблематике: Липецкой, Саратовской, Калужской, Новосибирской, областей, Алтайского края, республик Мордовии и Башкортостана. В этих субъектах федерации финансово-кредитные механизмы прекрасно работают.

Однако нет конкретной государственной работы по пропаганде, по насаждению этого опыта в других регионах. Я потому об этом говорю, что в Польше ряд экспертов отмечали, что у них в стране и в ряде иных государств (например, в Финляндии) уровень коррупции минимальный или вообще нулевой именно из-за высокой самостоятельности регионов и муниципалитетов. Они вынуждены развиваться в основном за счет своих ресурсов и заинтересованы в максимизации благосостояния и производительности. Мы же забираем у регионов почти все, поэтому главы регионов, районов, городов говорят бизнесу: дайте мне одно, другое и третье.

Это наболевший вопрос, но я повторяю, что региональное развитие есть краеугольный камень повышения экономической эффективности и нравственности. Спасибо.

А.И. Агеев: Спасибо, Анатолий Илларионович! Коллеги! И Борис Николаевич Кузык, и Александр Владимирович Посадский, и Игорь Владимирович Давиденко хотели выступить, но вы знаете, есть такой эффект, когда всё зависит от стражника, и я боюсь, что караул устанет. Мы в любом случае опубликуем эти материалы и на сайте и в журнале и поэтому те, кто не успел высказаться, примите мои извинения, но наш реактор трудно остановить. Это большое преимущество видимо, но недостаток нашего планирования в том, что мы думали – в два часа успеем обсудить все. Поэтому, коллеги! Позвольте поблагодарить искренне всех, Центр социальной консервативной политики и Юрия Евгеньевича Шувалова, наших замечательных депутатов, которые представляют мощнейшие политические силы, Андрея Константиновича, Виктора Владиславовича Зубарева. Конечно же, профсоюзное движение, всех, кто участвовал в разработке программы и документов и после расшифровки всех этих соображений, мне кажется, наши тексты станут еще мощнее, а предложения еще прицельнее и эффективнее. А сейчас у нас есть возможность спокойно продолжить общение неформально здесь, буквально не отходя от круглого стола. Всем огромное-огромное спасибо! И удачи, успехов и гармонии во всех делах! Спасибо! (Аплодисменты).

Комментирование закрыто.



Православный календарь

Вторник, 26 сентября 2017 г. (13 сентября ст.ст.)
Седмица 17-я по Пятидесятнице
Память обновления (освящения) храма Воскресения Христова в Иерусалиме (Воскресение словущее) (335)
Предпразднство Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня
Сщмч. Корнилия сотника (I)
День памяти святых:
Мчч. Кронида, Леонтия и Серапиона (ок. 237). Мчч. Селевка и Стратоника (III). Мчч. Макровия, Гордиана, Илии, Зотика, Лукиана и Валериана (320). Сщмч. Иулиана пресвитера (IV). Прп. Петра в Атрои (IX). Вмц. Кетеваны, царицы Кахетинской (1624) (Груз.).
День памяти исповедников и новомучеников Церкви Русской:
Сщмчч. Стефана Костогрыза, Александра Аксенова пресвитеров и Николая Васюковича диакона (1937).
Браковенчание не совершается накануне праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня.

Чтения дня
Евангелие и Апостол:
На лит.: - Ап.: Еф.2:19-3:7 Ев.: Мк.11:11-23
Псалтирь:
На утр.: - Пс.46-54; Пс.55-63 На веч.: - Пс.64-69